Хроники
   Жакко

(Из записок Nor'ы - Татьяны Кублицкой. Цикл "Яхтинг, как неизлечимая болезнь", 2009)

Все два дня, что мы стояли в уютном Чифтлике, прогноз погоды был противоречивым: то ожидали штормового предупреждения к обеду, то, наоборот, такого штиля, что нечем надуть паруса.

Я бы досидела в тишине Чифтликской бухты до конца недели и потом короткими переплывками отправилась бы обратно в Мармарис. Чего желать? Чифтлик – локальная версия рая на земле. Бухта окружена живописными горами, на которых пасутся белые барашки, своим «бе-е-е» изредка нарушающие сонную тишину. Море теплое и чистое; бассейн удобный; на территории растут, казалось бы, все виды растительности, свойственной Средиземноморью. Добавить к этому отличную кухню в местном ресторане, концептуальную кованую мебель с огромными подушками, затейливо расставленную там и сям (можно заснуть там, где тебя сморило в жару, и не нужно добираться 50 метров до гостиницы или 100 метров до яхты), а также хорошие бытовые условия (необходимость душевых и туалетных кабин в маринах еще никто не отменял).

Итак, я бы там осталась до зимы, но дети хотели на Родос. У каждого была своя причина. Кате нужно было использовать первую в жизни шенгенскую визу. Алина и Федор хотели добавить Родос к длинному списку мест, уже посещенных в Греции. К тому же им, свободно владеющим греческим языком, комфортнее было бы среди греков, чем среди турок, которые вежливо справляются с английским, но особо не разбежишься.

Капитан хранил нейтралитет, поскольку на Родосе бывал неоднократно, и его нервировали неоднозначные прогнозы.

Решающее слово сказал управляющий Чифтликской мариной наш всеобщий друг (ко второму дню пребывания – уже однозначно) Андрей-бей. Он повез всю нашу объединенную семью покататься на машине по горным серпантинам и посмотреть весьма знаменательную деревеньку под названием Баир (о ней будет отдельный сюжет), а попутно с одной из гор показал нам Родос – напротив Чифтлика (через море). Увидев Родос живьем, мы все возжелали немедленно отправиться туда, что и было сделано наутро.

Навстречу штилю и козлам

Дорога до Родоса (16 миль) заняла примерно 4 часа, но рассказывать особенно нечего. Море было тишайшим. Весь путь проделали под двигателем, поскольку дуть в паруса было нечему. Встречные суда виднелись на горизонте, поскольку «магистралью» с активным движением является путь с Родоса в Мармарис и обратно. Мы же шли вдали от модного яхтенного маршрута.

Почти всю дорогу я провела на носу яхты, болтая с Федором. Особенно интересно было сидеть непосредственно на носу, свесив ноги за ограждения и ловя босыми пятками брызги.

Приблизившийся Родос (мы шли в марину города Родос, одноименного острову) всколыхнул школьные воспоминания об уроках истории и колоссе Родосском, который тогда, много десятилетий назад был воспринят мною как «Ну и что из того, что чудо света? Кто из нас его увидит?» О самом колоссе остались лишь записи в исторических документах, да многочисленные рисунки, с разной степенью похожести воспроизводящие фигуру колосса и особенно его лицо. Но остались постаменты, на которые опирались ноги колосса, приветствовавшего корабли, входившие в бухту Родоса. Умом не понять, как могла быть построена фигура такого размера, что даже опоры для ее ног приводят в священный трепет!

На месте бывших ног колосса стоят фигуры козлов – и это символично. Ничего не имею против симпатичного населения Родоса, но руководство марины вполне заслуживает этот знак.

Марина Родоса – лучшее место для… самолетов

…Марина Родоса огромна; движение в ней бурное; вода грязная. Но главная причина, по которой я никому не посоветую прийти в Родос на яхте (если приспичит – рядом есть аэропорт), – в том, что в марине буквально все муринги частные. Пристать к причалу и закрепиться за муринг, как в других местах, нельзя, поскольку за повреждение частного муринга грозит немалый штраф. Да и вообще пристать негде: это даже не суп с фрикадельками; это – фрикадельки без бульона.

В течение изрядного времени мы болтались посреди марины, уворачиваясь от других судов и пытаясь переговариваться с какими-то функционерами, в изрядном количестве присутствующими на причале. Моя цивилизованная английская речь сдержанным тоном никого не убедила, и на все мои вопросы типа «Где же нам все-таки можно будет пришвартоваться?» функционеры отвечали раздраженно «We don’t know» и делали руками пассы, значение которых можно было однозначно истолковать как «Валите отсюда!»

Легко сказать «валите»: Родос – все-таки остров; обратно до Чифтлика –– 16 миль; до Сими – другого греческого острова, ближе всех расположенного к Родосу, –– примерно столько же.

В момент отчаяния Алина влезла на крышу носовой каюты и с высоты этого положения во всю глотку на очень хриплом (не уверена, что цензурном) греческом языке стала объясняться с властями марины. Она орала примерно полчаса, но к исходу этого времени нам позволили встать на якорь в уголке марины – в пяти метрах от средневековой крепости. Капитан не хотел бросать якорь, хорошо осознавая, что при его подъеме мы наверняка зацепим и порвем чужие муринги, но нам не оставили выбора.

Первые четыре часа пребывания на Родосе ушли на то, чтобы пройти пограничный контроль и оформить еще кучу каких-то бумаг в четырех разных конторах, расположенных с разных сторон от марины примерно в двух километрах друг от друга. Все больше убеждаюсь в том, что управляющие мариной сделали все для того, чтобы туристы к ним не возвращались. Даже то, что в огромнейшей марине, вмещающей несколько сотен яхт, есть всего два туалета и одна душевая кабина для представителей каждого пола (зачем тратиться на инфраструктуру, если все удобства есть на яхте?), говорит в пользу сделанного мною вывода.

Родосское колоссальное

…О Родосе расскажу здесь и сейчас. Ей-богу, он того стоит, несмотря на козлищ из марины. Не буду тратить время на описание того, что можно найти в туристических проспектах; расскажу о собственных ощущениях.

Родос – лакомый кусочек земли. Его греческие флаги видны из Турции – и это нервирует турок. Но при этом остров вполне итальянский – венецианской архитектурой и духом. Да и итальянских туристов полно. Жутко агрессивные. Презирают греков и демонстрируют это. Забегая вперед, скажу, что во Дворце великих магистров (XIV в.) мы не только слышали многочисленные разговоры о том, как велики итальянцы и как на их фоне ничтожны греки (Алина, Федор и я понимаем итальянскую речь); мы видели, как два итальянских деда в грубой форме объясняли музейной работнице, что греки, приезжая в Италию, ведут себя как полное дерьмо (рассказ сопровождался красноречивыми непристойными жестами).

Все самое интересное находится в Старом городе за высокими крепостными стенами. Там – музеи, Дворец великих магистров, торговые ряды и узенькие кривые улочки, на которых люди живут и торгуют, сидя напротив открытой двери своего дома. В эти крошечные пространства, на битую брусчатку, люди умудряются впихнуться на мопедах или даже на малолитражках. Для меня всегда остается открытым вопрос: «Как туда проедет «скорая помощь» в случае чего?»

Когда мы вышли в город в первый раз, уже вечерело, но было изумительно тепло. Для начала мы познакомились с кошками, которые во множестве были представлены на пирсе. Нашу марину от порта, в котором швартовались круизные суда и паромы, отделяла узкая полоса причала и приподнятая дорога – что-то вроде эстакады, – вдоль которой тянулся остаток древней стены и стояли три мельницы, которые теоретически могли бы помнить Христа (историки, не цепляйтесь к словам! У меня все в порядке с хронологией, но очень хочется так думать). В узком пространстве между стеной и валунами, подпирающими корабельный причал, была целая кошачья империя. Кошки и котята всех расцветок и национальностей (именно так!) были представлены щедро, как на своеобразном природном аукционе. Посреди кошачьего рая стоял стул с банками и коробками кошачьей еды. Стояла там и копилка с надписью Cat’s food; в нее можно было бросать евро – кто сколько сможет.

Воодушевившись игрой с котятами, мы двинулись в Старый город. Все, что цвело по дороге к нему, благоухало одновременно; к запаху цветов примешивался запах моря. Воздух был плотным и слоистым, но дышалось легко.

В Старом городе – толкотня и шум. Рестораторы зазывают туристов. Туристы перебегают от лавки к лавке и фотографируют. Между людьми снуют достойные кошки и собаки. И умопомрачительно пахнет ЕДА.

…Мы как наблюдали галоп гигантского (не меньше 7 см в холке) таракана по одной из торговых улиц, когда сзади раздался ритмичный стук дерева о камни мостовой. Нашим изумленным глазам предстала процессия слепых туристов, которые (все как один в темных очках) достаточно бодро передвигались по улице, ощупывая дорогу посохами. Я же говорю, что воздух настолько плотен и ароматен, и ночь так нежна, что все это можно впитывать, не обладая зрением. К тому же разные дороги также наверняка дают разные ощущения.

А вот местное мороженое – невкусное. Правда, Федор уверяет, что оно просто неожиданного для нас вкуса, поскольку мы привыкли к другому.

[позже будет материал про хождение по Дворцу магистров и встречу с Яковосом Поланидисом, штангистом и музыкантом, а также про «ненормальную русскую», шмяк о причал и снятие с якоря голыми руками]